Продолжая использовать данный сайт, Вы даете согласие на обработку своих персональных данных.

6 заблуждений родителей об инклюзивном образовании.

6 заблуждений родителей об инклюзивном образовании.

 

1. «Инклюзия — это лишь слова о равноправии и поддержке. На практике такое образование не работает. По крайней мере в России»

Есть разные трактовки слова «инклюзия». ЮНЕСКО определяет инклюзию как обучение всех детей: с ограниченными возможностями здоровья, из этнических групп, плохо успевающих в обучении и так далее («Руководящие принципы политики в области инклюзивного образования» ЮНЕСКО). Если необычного ребёнка, не такого, как остальные, поместить в обычную среду — это уже инклюзивная ситуация. И конечно, это равный доступ к качественному образованию всех детей без исключения.



У нас инклюзия начиналась со строительства пандусов и создания доступной среды. Первые пандусы строили по-разному, временами нелепо: под очень большим углом или пристроенными к глухой стене. Просто потому, что никто не знал, как это делать правильно. Точно так же происходило и с обучением: учителя делали первые шаги, они учились учить особенных детей. Когда-то получалось лучше, когда-то хуже. В крупных городах, инклюзия развивается активнее. И сегодня состояние инклюзивного образования сильно отличается от первоначального, как и пандусы.

 

2. «Ребёнку с инвалидностью лучше учиться на дому. Раньше все так учились, и нормально!»

Надомное обучение — самое тупиковое и бесперспективное из-за своей закрытости. Ребёнок не общается с другими людьми, у него нет никакой социализации. Пришёл учитель, что-то рассказал и ушёл. Тому же педагогу может не хватать знаний, как эффективнее учить ребёнка. Нет рядом психолога, дефектолога, кого-то ещё, кто мог бы подсказать. А вот если добавить информационные технологии, собрать пять человек в виртуальный класс, дать им возможность обсуждать учебную ситуацию, делать что-то совместно — это уже инклюзивное дистанционное обучение. Оно заметно расширяет границы и социализации, и коммуникации.

 

3. «Инклюзивная школа — для всех детей с инвалидностью»

Единой формулы, которая была бы для всех применима, не существует. Возникает иллюзия, что дети примерно одинаковые и учить их тоже можно одинаково. Но это не так!

Каждому ребёнку нужен индивидуальный подход, сегодня наличие индивидуальной образовательной программы для ребёнка с ОВЗ закреплено законом — Федеральным образовательным стандартом для обучающихся с ОВЗ. Составление такой программы меняет работу учителя: он начинает думать не про класс в общем, а про конкретного ученика, его способности и ограничения. А потом учитель начинает невольно переносить индивидуальный подход и на остальных детей в классе. К примеру, учитель попросил класс решить пять задач. Но нужно ли это мальчику, который щёлкает их как орехи? И тут появляются варианты: одни решают пять простых задач, другие пять сложных, а третьим я лучше ещё раз объясню материал. Добиться этого в наполненном классе сложно, но при использовании информационных технологий вполне возможно.



 

4. «Для обычных детей никакой пользы в инклюзии нет. Особые дети будут только тормозить класс».

Наличие особого ребёнка в классе - это обогащает учебный процесс. К примеру, одноклассники могут помочь чему-то его научить, а, как известно, когда ты что-то объясняешь, то и сам лучше запоминаешь. Да и на каком ещё примере можно научить детей заботиться о других? А ведь это одно из главных общечеловеческих умений. Вместе с тем нужно придумывать больше проектов, где бы и особые дети помогали другим ребятам, а не только принимали помощь. Это важная часть гуманизации общества.


«Мне их не жаль»: как вести себя с детьми с инвалидностью

Родителям, которые считают, что их ребёнка не «доучат» из-за того, что в класс посадили особого ребёнка, стоит задуматься, что и из-за их ребёнка могут кого-то не «доучить». Поскольку и он, например, может что-то делать медленнее, чем другие дети. Такая позиция тупиковая.

 

5. «Учителя будут сильнее загружены, уставать и вообще забросят класс»

Опять же вопрос в том, как к этому относиться. Повторюсь: можно как к помехе, проблеме: вынужден готовиться ещё и к этому ученику, какой кошмар! А можно как к вызову: я смогу научить этого ребёнка. Если учитель готов учиться, рефлексировать по поводу своей деятельности, видит минусы и стремится к лучшему — ситуация изменится. Один из основных мотивов учителя — удовлетворение от собственной работы. Когда учитель учит особого ребёнка, удовлетворение от работы удваивается. Например, ребёнок сидел на  коляске, руки не  работали, а сейчас он играет на музыкальном инструменте! Ощущение, что этому научил именно ты, непередаваемое.



6. «Родители детей-инвалидов просто хотят уйти от ответственности, отдав ребёнка в инклюзивную школу»

Инклюзия — это проверка на командность. Нельзя считать, что родители отдали ребёнка в инклюзивную школу, значит, ответственность с них автоматически снимается — всё получится и без их участия. Как и в школе: туалеты оборудовали, пандус установили, разметку сделали, звонок моргает, а дальше пусть учителя разбираются, вся ответственность на них. Если учить детей с ограниченными возможностями здоровья решил только один учитель и психолог, даже при всём его огромном желании получится мало. Нужна готовность общества и поддержка государства (политической воле и ресурсам правительства, политике департамента образования, педагогической и гуманной мотивации образовательных учреждений, поддержке общественных организаций и родителей).

Конечно, хочется, чтобы всё происходило быстрее. Раз — ­и у нас полная инклюзия, а дети с инвалидностью стали счастливее. Но, к сожалению, так не бывает. Необходимо всем вместе приложить усилия для позитивных изменений.

 

У ВСЕХ РАВНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ-РАВНЫЕ ПРАВА!

Подготовила педагог-психолог

Гордиенко Ирина Николаевна

пн

вт

ср

чт

пт

сб

вс

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

Вход в систему

наверх